ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА

ОСОБЕННОСТИ ПРИРОДНО-ХОЗЯЙСТВЕННОЙ СРЕДЫ И ТРАДИЦИЯ ЗОНАЛЬНОГО РАСПОЛОЖЕНИЯ ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКИХ КУЛЬТУР5

Многообразие природных условий – особо важный фактор, от которого в значительной степени зависит направленность культурно-исторического развития страны. Хозяйственные участки традиционного земледелия в основном сконцентрированы в горной полосе и представляют собой наиболее рано освоенные объекты, где следует искать зачатки земледельческих культур и их высокоразвитые элементы. Если проследить исторический процесс развития земледелия, своеобразно протекавший на разных континентах, то увидим, что своего максимального развития оно достигло именно в таких местах, где покорение природы было сопряжено с особыми трудностями и требовало применения огромного коллективного труда: «Наивысшие достижения человечества в земледельческом производстве зафиксированы не в богатых природными ресурсами равнинных районах, а, напротив, в горах, где приходилось преодолевать серьезные препятствия в покорении каждой пяди земли. Издревле, осваивая высокогорные районы, в условиях различного климата, почв, растительного и животного мира, разные народы самостоятельно формировали собственные обычаи, привносили в культуру новые растения, создавали свою агротехнику и накапливали огромный опыт на пути своего исторического развития» (Вавилов, 1922. С. 13, 41).

Земледелие на территории Грузии имеет глубокие корни, на что указывают как письменные источники, так и результаты археологических изысканий (Читая, 1960б). Грузия считается родиной многих культурных растений, а для сортов пшеницы является своеобразным музеем. Многообразная экологическая среда обусловила широкое распространение и культивацию возникших на местной почве эндемов и вместе с тем глубокую адаптацию занесенных культур, которые со временем укоренились рядом с аборигенными видами.

На территории Грузии располагаются два природно-географических ареала: с одной стороны, влажно-субтропическая среда Причерноморья Западной Грузии, а с другой – умеренно-континентальный климат предгорий и равнин Восточной Грузии, мощных очагов формирования культигенных комплексов. Культурно-хозяйственное развитие каждого региона находится в непосредственной связи с особенностями географической среды, а для горных регионов – также со спецификой вертикальной зональности. В каждой географической среде действует присущая только ей закономерная связь между явлениями природы, с одной стороны, и природой и человеком – с другой. На этой основе каждая географическая зона признана независимой генетической сферой, классифицированной по признаку вертикальной зональности и широко осмысленной в историческом плане (Докучаев, 1899; Захаров, 1936; Читая, 1960а).

В Грузии вертикальные зоны определенным образом восполняют друг друга как на всей территории, так и внутри отдельных микрорайонов. Каж-

5 © Л. Бериашвили

225

дая полоса имеет свою «гору» (мта) и «равнину» (бари), поэтому принцип зональности проявляется в пределах микрорайона. Вместе с тем четко выражена межзональная инверсия, установленная в разных зональных поясах.

Характер горной природы Грузии, своеобразие взаимовлияния горы и равнины наглядно показаны в трудах Вахушти Багратиони (XVIII в.). Автор выдвигает концепцию распределения однородных хозяйственно-географи- ческих ареалов по признаку вертикальной зональности, выделяя каждый ареал посредством установления характерной для него культурной растительности и других соответствующих данных. Как отмечает И. Джавахишвили, «учение о ареалах и зональности культурных растений за сто лет до Декандоля было выдвинуто прославленным грузинским ученым Вахушти Багратиони, хотя проблема им была ограничена лишь территорией Грузии» (Джавахишвили И., 1930. С. 297). Как явствует из сочинений Вахушти, грузинский крестьянин с древних времен использовал зональные особенности природы

всвоей практической деятельности. Каждой полосе соответствовали подходящие отрасли и формы деятельности, и нередко благодаря усилиям человека скудная и малодоступная среда превращалась в цветущий сад. Ученый выделяет 4 геоботанических ареала, или зоны, по совокупности показателей экологической среды.

На основе этнографических исследований установлено, что в соответствии с характером вертикальной зональности территории Грузии, ее географических поясов, естественно-хозяйственной среды нагорья, переходной полосы и равнины дифференцировано и распределение отраслей земледелия. Их зональное соответствие прослеживается во всей системе годового земледельческого цикла, динамичности хозяйственных приемов, многообразии орудий труда и т.д., отражающих специфику форм хозяйства, находящихся

встадийном соответствии с микрозональностью. Обусловленные разнообразием природных условий пахотные орудия особенно наглядно выявляют действия факторов зональной зависимости. В этнографической действительности сохранились различные виды пахотных орудий: диди картули гутани (большой грузинский плуг), джилга-гогора (передковое пахотное орудие), орхела (грядильное), кавцера (яремное), кави (соха) и др. Каждое из этих орудий имеет свои конструктивно-функциональные особенности, отражающие длительный процесс их развития в конкретных природно-хозяйственных условиях. Эти пахотные орудия, отличающиеся друг от друга элементами конструкции, предстают в виде сложных, промежуточных и простых форм – в зависимости от специфики и потребностей каждой природно-географической полосы, в условиях которой они используются (Читая, 1960а).

Зональное расположение поселений было подчинено жестким закономерностям. Это и сегодня можно проследить в микрозональном масштабе многих регионов страны. Здесь главными показателями выступают характер строения каждого ущелья, климат, местные зональные и инверсионные процессы, характеристики солнечной освещенности и т.д. В зональном режиме следует учитывать также региональную принадлежность ущелий. Например, в Месхети с. Рустави расположено на высоте 1000 м над уровнем моря, Аспиндза – 1340 м, их «гора» Хизабавра – 1590–1600 м. Иную картину мы наблюдаем в Кизики: с. Вакири – на высоте 320 м, его «гора» Земо Бодбе – 840 м. Таким образом, «горное» поселение одного региона соответствует

226

предгорному или подчас равнинному поселению другого региона. Поэтому «гора» и «равнина» на примере территории Грузии должны оцениваться не как строго подчиненные этим понятиям конкретные зональные полосы, а, исходя из многообразия ландшафта страны, в относительном понятии – для каждого населенного пункта в отдельности, когда предгорье – ареал переходной зональности предстает носителем важных экономических и социальных функций.

На своеобразие переходной зональности Грузии (на территории разных ее регионов), на особую близость гор и равнины указывает и Вахушти Багратиони, по словам которого «в этой стране горы и равнины соседствуют так, что на расстоянии дня или полудня пешего пути лежат в горах снега, а на равнине плодоносят померанцы, грейпфруты, оливковые деревья и всякие плоды» (Багратиони Вахушти, 1941). Поэтому эти гора и равнина должны рассматриваться как взаимоопределяющие географические зоны, существующие для каждого отдельного ущелья, где каждой равнине соответствует своя гора, которая относительно другой горы является равниной и т.д. Таким образом, на территории каждого региона в ареале переходной зональности существование фактора – носителя экологических, хозяйственно-экономи- ческих и этнических показателей – подтверждается множеством соответствующих свидетельств (Читая, 1960а).

Понятие предгорья в нынешней формулировке является общей оценкой, полученной в результате научного изучения исторического прошлого, и отражением его в реальности. Гора и равнина всегда были одним целым: равнине нужна была гора, а гора, в свою очередь, не могла существовать без равнины. В зональном расположении ущелий эта «близость горы и равнины» имеет всеобщий характер, и часто в одном маленьком ущелье могут быть обозначены две «равнины» и две «горы». Как отмечает Н. Бердзенишвили, термином «хеви (ущелье) обозначается не только маленький отрезок земли – квекана (край, область); вся Кахети тоже представляет собой хеви, поэтому, несмотря на тенденцию к расширению, понятие хеви не может избавиться от преимущественного географического признака; на новом этапе развития хеви сменился понятием саэриставо квекана, так что обстановка для государственного строя была подготовлена в ущельях; постольку образование Картлийского царства – это была классовая организация, возникшая на почве развившихся в ущельях отношений» (Бердзенишвили Н., 1975. С. 56, 75). Становится очевидным, что в сочинении Вахушти Багратиони в близости горы и равнины передана ситуация проживания общества по ущельям, и, как мы уже отметили выше, в этом единении отражена картина целостности жизни внутри ущелья. Сравнивая Ксанское и Арагвское ущелья, Дж. Гвасалия пишет: «Если сравним Ксанское и Арагвское ущелья, станет ясно, что, несмотря на их расположение на одной и той же географической широте, Ксани по социальному и экономическому развитию стоит на гораздо более высокой ступени… что следует объяснить его природными условиями: в Ксани даны типичные гора и равнина, с протяженным и развитым предгорьем, способствовавшим беспрепятственному отношению между горой и равниной. Посредством предгорья в нагорье Ксани из равнины легко проникали экономические, культурные и социальные импульсы» (Гвасалия, 1986. С. 39). «Очевидно, что гора стала “непроходимой” и “ужасной” в позднюю эпоху, когда центры культуры переместились на

227

равнину, когда земледелие стало главной, ведущей отраслью хозяйства. В старину же, когда культура была преимущественно горной, когда культурные центры находились в предгорной полосе, тогда гора, бесспорно, была более освоена, а отношения между нею и равниной – более нормальными» (Бердзенишвили Н., 1975. С. 641). Действительно, согласно закономерности и характеру расселения в этих ущельях, во многих их частях равниной считалось их предгорье.

Доминантным критерием размежевания горы и равнины, исходным фактором их противопоставления и различия в концепции зональности Вахушти Багратиони является главнейшая культура Грузии – виноградная лоза, зональные границы распространения которой ученый подчиняет дефиниции понятий горы и равнины. Однако, если при размежевании этих ареалов мы будем опираться только на культуру винограда, тогда необходимо будет указать, что в Грузии распространение лозы колеблется в пределах высоты 200–1500 м над уровнем моря и более.

В масштабе всей территории Грузии этнографами проведены обширные исследовательские работы по культуре винограда, на основе которых установлено, что для традиционного хозяйства виноградная лоза является предгорной, а не равнинной культурой в том понимании, как это принято сегодня. В Шида Картли, Кахети, так же как и во многих районах Западной Грузии (Ра- ча-Лечхуми, Земо Имерети), лучшие сорта винограда произрастают на умеренных горных склонах, под которыми в основном подразумеваются территории ущелий. Об этом свидетельствует огромный хозяйственный потенциал, выявленный в предгорной полосе Месхети – древнейшего земледельческого региона Грузии – издревле примечательной террасной культурой винограда; древнейшие, лучшие сорта Шида Картли также сконцентрированы на умеренных горных склонах ущелий; виноградники в Кахети расположены также на холмах: «Виноградники раскинулись на припекаемых солнцем южных склонах. Лоза, дитя солнца, здесь с утра до вечера не обделена его лучами… и в непогоду ей не угрожают ливневые потоки, которым не смыть умеренно покатые склоны» (Лекиашвили, 1972. С. 65). Рачинский виноградарь выбирает землю под виноградник по этому же принципу: «большое внимание уделяется экспозиции места, его расположению на “солнцепёке”. Лучшим участком считается “бок”, или “откос”, т.е. место, имеющее умеренную покатость… на косогоре поспевает лучший виноград, здесь он получает больше солнечных лучей, вода не застаивается, воздух циркулирует. С особым усердием крестьянин ухаживал за виноградником и на отвесных склонах» (Пруидзе, 1974. С. 50–51). Аналогичная картина наблюдается и в других регионах Грузии. Установлено, что на склонах по сравнению с низменностью имеются лучшие условия для выращивания и развития винограда; на низменности морозы наносят большой вред растению (Карцивадзе, 1959. С. 27). С этой же точки зрения оценивалось развитие виноградарства в Картли в конце XIX в.: «то или иное качество развития виноделия в определенных селах главным образом обусловлено высотой места, его защищенностью от ветра и покатостью» (Мачабели М.В., 1887. С. 203).

Из приведенных примеров явствует, что для Грузии равнина, так же как и гора, не являются раз и навсегда установленными понятиями. В многообразном зональном пространстве трудно и подчас невозможно четко установить

228