Сестры Паниашвили

Иран, провинция Ферейдан, г. Марткопи © Фото Б. Кудава, 2006 г.

родство и свойство: деда (мать), мама (отец), дзма (брат), папа (дед), бабо (бабушка),дзалуа(сноха),бидзашвили,деидашвили(двоюродныебратьяисестры) и др. Несмотря на обращение в мусульманскую веру и распространение норм шариата, в институте брака и свадебном обряде ферейданцев сохранилось многое из грузинских обычаев. Например, обычай выбора невестки путем предварительного расспроса о ней, церемония обручения – дациндва, ритуал преподнесения белга (первого знака обручения), подбор состава макриони (лиц, сопровождающих невесту и жениха) по принципу родства, устройство театрализованных представлений ряженых Берикаоба-Кееноба во время шествия макриони, магические действия махаробели, или мацнэ (гонца), строго определенные функции шаферов, эджиби (главы макриони жениха и исполнителя его воли), мдадэ (почтенной женщины в свите невесты) и других персонажей свадебной церемонии. Иранское влияние больше всего отразилось на одежде, на ее отдельных элементах, головном уборе, платье невесты, хотя сегодня большинство ферейданских женщин предпочитает европейский стиль одежды.

ГРУЗИНЫ РОССИИ4

Связи грузин с Россией прослеживаются с раннего Средневековья: на Русь приезжали строители храмов, живописцы, купцы. Грузинские мастера участвовали в росписи Киево-Печерского монастыря, храма Спаса-Нередицы в Новгороде, в строительстве Дмитриевского собора во Владимире (XII в.).

4 © Л.Т. Соловьева

714

Киевский великий князь Изяслав Мстиславич в 1154 г. женился на дочери грузинского царя Деметре I. В 1185 г. мужем царицы Тамары стал князь Юрий, сын владимиро-суздальского князя Андрея Боголюбского. Связи между Русью и Грузией были прерваны в период ордынского ига и восстанавливаются с конца XV в.: в 1491 г. кахетинский царь Александр направил в Москву посольство. В православной Москве Грузия видела потенциального союзника и покровителя, и Москву также интересовал Кавказ: с 1591 по 1606 г. из Москвы было отправлено в Грузию пять посольств. Наиболее активными посольские связи были в конце XVI – начале XVIII в. Особенно интенсивными они стали при царе Алексее Михайловиче. В 1648 г. в Москву из Афонского Успенского Иверского монастыря был перенесен список чудотворной иконы Божией Матери Портаитисса (Вратарница) (Тарсаидзе, 1972). Первое время икона находилась в Успенском соборе Кремля и называлась «Пречистая путеводительница и помощница в напастях чудотворная икона Богородичная Иверская». В 1669 г., повелением царя Алексея Михайловича, икону поместили в специально для этого построенную часовню; в 1869 г. было торжественно отпраздновано 200-летие этого события (Подлинные акты…, 1879).

Зарождение московской грузинской колонии связано с именем царя Теймураза I. 27 декабря 1653 г. в Москву прибыл его внук Ираклий (в Москве его звали Николай) Давидович с матерью Еленой Леонтьевной; царский поезд торжественно приветствовали при въезде в город. По всей Москве говорили о том, что грузинский царевич «во всем уряден и красив», а царица Елена Леонтьевна – женщина «умнейшая и благороднейшая» (Татишвили, 1959. С. 18). Царевич Николай посещал монастыри, встречался с высшим московским духовенством, выучил русский язык, хотя переписку вел на грузинском. Отправляясь в 1654 г. в поход против польского и литовского короля Яна Казимира, Алексей Михайлович взял Николая с собой. Перед войсками несли икону Иверской Божией Матери. После удачного военного похода Иверская икона стала пользоваться еще большим почитанием в народе.

Район, прилегавший к Никольскому монастырю, стал местом первого поселения грузин, прибывших с царевичем Ираклием. В церкви Никольского монастыря служили грузинские священники. Монастырь стал культурным и религиозным центром грузинской колонии, первым пантеоном грузинских деятелей в Москве. В Москве с царевичем находились грузинский епископ Епифаний, свита грузинских князей и дворян. Многие из них породнились с русскими князьями и дворянами и остались в России. Грузины занимали видное положение при царском дворе. Большой интерес вызывали грузины у иностранцев, находившихся в Москве. Так, Рейтенфельс писал о них: «Грузины обладают черными как смоль волосами, громадными кроткими глазами, орлиным носом, белою как снег кожею и вообще очень красивы. Женщины их от природы очень привлекательны, носят к тому же еще пышные, по персидской моде, платья» (Цит. по: Татишвили, 1959. С. 18).

В 1658 г. в Москву прибыл Теймураз I, искавший помощи для борьбы с турками и персами. В 1660–1666 гг. царевич Николай находился в Грузии, но после неудачных попыток вернуть дедовский трон вновь вернулся в Москву со свитой более 100 человек (князья, дворяне, духовные лица); в 1674 г. он окончательно уехал в Грузию. Царевич был в числе самых близких к госуда-

715

рю лиц: когда Алексей Михайлович в 1671 г. вступал во второй брак, тот был тысяцким на его свадьбе.

После отъезда Ираклия в Москве оставались несколько грузинских семей, которые породнились с русскими боярскими родами (например, семья Хохона Давиташвили, у которого было девять сыновей, и др.) (Татишвили, 1959. С. 153). Как отмечают исследователи, «грузины, живя вне родины и приобщаясь к новой культуре, постепенно подготовили почву для дальнейшего сближения двух народов – грузинского и русского» (Тарсаидзе, 1964. С. 3). Дальнейшее формирование грузинской колонии было связано с имеретинским царем Арчилом II: потерпев поражение от Турции, в 1682 г. он с семьей и подданными перебрался в Астрахань. В 1684 г. в Москву прибыли его сыновья – 10-летний Александр и 8-летний Мамука (Матвей) с большой свитой. Царевич Александр вместе с будущим царем Петром I участвовал в «Великом посольстве», где обучался «бомбардирству». Он стал первым грузинским генералом, получил звание генерал-фельдцейхмейстера и возглавил Пушкарский приказ. В 1700 г. под Нарвой царевич Александр попал в плен к шведам и умер в 1711 г., возвращаясь в Россию после многолетнего плена. По указу Петра I Александру Арчиловичу было пожаловано с. Всесвятское (7 км от Москвы), которое впоследствии перешло к его сестре царевне Дарье (Дареджан) Арчиловне и на долгие годы стало центром грузинской колонии. При церкви с. Всесвятское образовался пантеон грузинских деятелей.

Петр I заботился о семействе царя Арчила, помогал ему организовать в Москве печатание грузинских книг; в 1705 г. здесь был напечатан Псалтырь. Арчил поддерживал тесные сношения с Грузией, занимался литературной деятельностью (написал записку о Грузии, составил карту страны), переводил на грузинский язык рассказы из греческого «Хронографа». К этому времени в Москве проживали представители около 20 родовитых грузинских фамилий: князья Амбрасадзе (Амбразанцевы), Херхеулидзе (Херхеулидзевы), Солагашвили (Салоговы), Дадиани (Дадиановы), Квариани, Джапаридзе, Сакварелидзе, Бежанишвили, Алалишвили. Вместе с ними в Россию прибыли и семьи зависимых крестьян, крепостных, низшего духовенства – всего около 100–150 семей (Татишвили, 1959).

ВМоскве было немало грузинских священников. Монастыри и церкви,

вкоторых они находили приют, становились не только религиозными, но и культурными и экономическими центрами грузинской общины. При Арчиле религиозным центром грузин в Москве стал Донской монастырь. В 1705 г. настоятелем монастыря стал грузинский архимандрит Лаврентий, занимавшийся его благоустройством. В Донском монастыре сформировалась самая крупная усыпальница грузинских военных и политических деятелей XVIII в. Переселяясь в Россию, грузины везли с собой и христианские святыни. Так,

вглавном храме Страстного женского монастыря в позолоченной серебряной гробнице с грузинской надписью находилась «честная глава Святой великомученицы Анастасии Узорешительницы». Мощи эти после взятия турками Константинополя из разрушенной церкви св. Анастасии попали к царям Грузии и стали их домашней святыней. В Москве они находились в домовой церкви князей Грузинских возле Малого театра (в доме Хлудова), а в 1841 г. были переданы в монастырь.

716

Еще одна волна грузинской эмиграции была связана с переселением в Россию царя Вахтанга VI – ученого, поэта, переводчика, основателя книгопечатания в Грузии. В 1724 г. Вахтанг VI с согласия Петра I эмигрировал в Москву со своим семейством, сыновьями Бакаром и Георгием и свитой – всего 1186 человек, в их числе были видные ученые, военные и гражданские лица, писатели, деятели культуры, книгоиздатели, представители знатных фамилий из Восточной Грузии. В эти годы в Москву приехали историк и географ Вахушти Багратиони (в Москве он завершил свой труд по истории и географии Грузии), писатель С.-С. Орбелиани, поэты Мамука Бараташвили и Давид Гурамишвили. Последний именно при дворе Вахтанга VI обрел славу поэта (Пайчадзе, 1982. С. 57). В 1725–1745 гг. эмиграция грузин в Россию была особенно активной. Они селились также на Северном Кавказе, на Украине, в Астрахани, Казани (Тарсаидзе, 1964. С. 3).

Вахтанг VI поселился в центре Москвы, в Белом городе; грузинам была отведена церковь, где служили придворные грузинские священники (в 1730-е годы в распоряжении грузин было 8 церквей). В 1724 г. он поселился в с. Всесвятском, в 1729 г. ему было отдано с. Воскресенское на р. Пресне. По обоим берегам Пресни появились Грузинские слободы, в середине XVIII в. – Большая Грузинская улица. Дворец Вахтанга VI на Пресне был деревянный, с большим садом и прудом. (О садах князей Грузинских у Пресненских прудов упоминает Л.Н. Толстой в «Войне и мире».) В 1788–1800 гг. царевич Георгий построил здесь каменную церковь св. Георгия. Эта местность между Красной Пресней и Большой Грузинской улицей стала называться Грузинами.

В ХVIII в. грузины пользовались некоторыми привилегиями по сравнению с прочими жителями: их дома были освобождены от постоя (квартирной повинности), по указу от 1 сентября 1740 г. их не могли привлекать на службу без разрешения членов их царского дома (Сытин, 1958. С. 614). Было разрешено принимать грузин в Кадетские корпуса при условии, что они останутся

вРоссии. В 1738 г. была сформирована Грузинская гусарская рота, преобразованная в 1741 г. в полк: он стоял сначала на Украине, потом в Свияжске Казанской губ., в 1769 г. – в Кизляре и т.д. (Тарсаидзе, 1964). На Украине гусарам были выделены земли в потомственное владение, где в мирное время они вели жизнь небогатых помещиков. Полк участвовал в начавшейся в 1757 г. Семилетней войне (где была отмечена его «храбрость и неустрашимость»),

ввойне против турок и т.д. (Андроникашвили, 1992. С. 62–63).

Со временем в Грузинской слободе (особенно после 1812 г.) стали селиться и русские. В 1779 г. в слободе было 73 двора грузинских и 24 – русских и армян, в 1793 г. – из 100 дворов 50 было грузинских. Существование особой слободы создавало некоторую обособленность грузинской диаспоры: об этом говорит и длительное сохранение в их среде родного языка (даже среди внуков приехавших в Москву грузин). Так, в 1788 г. прихожане церкви св. великомученика Георгия, что в Грузинах, просили назначить к ним грузинского священника, так как многие их них не знали русского языка. Богослужение в церкви с. Всесвятского до 1801 г. также шло на грузинском языке (Токмаков, 1898. С. 31). Сохранялся родной язык и в грузинской царской семье. Воспитателями царевичей, живших в Москве, были грузины. Знал родной язык даже правнук Вахтанга VI – Георгий, сын Александра Бакаровича, который до 12 лет жил при бабушке Анне Георгиевне Грузинской (она была последней

717

представительницей старшей линии Багратиони в России). Главной резиденцией грузинской царской семьи оставалось с. Всесвятское. По праздникам там устраивали фейерверки, балы, торжественные приемы. Царь Вахтанг принимал участие в придворной жизни русских царей. В 1744 г. здесь побывала императрица Елизавета, в январе 1775 г. – Екатерина II. В середине ХVIII в. в с. Всесвятское царевичи Бакар и Георгий восстановили печатание грузинских церковных книг. Типография работала до 1774 г., позднее была перенесена на Пресню. В 1770-е годы изданием грузинских богослужебных книг в Москве занимался архиерей Афанасий Амилахвари, служивший в Архангельском кремлевском соборе. После смерти в 1737 г. царя Вахтанга главой грузинской эмиграции был царевич Бакар (скончался в Москве в 1750 г.), затем – царевич Александр Бакарович.

Грузины жили также в Новинской части Москвы – за Земляным городом, при устье р. Пресни. В 1737 г. от пожара сильно пострадал находившийся здесь Новинский монастырь, и Анна, вдова царевича Симона (брата царя Вахтанга), восстановила в нем четыре церкви. Монастырь стал называться Грузинским Новинским девичьим. При Елизавете Петровне игуменом монастыря был грузин Григорий. Монастырь находился под управлением грузинского митрополита Романа. Здесь жил архиепископ Руствельский Иоанн. Игуменьей монастыря была Нина – дочь царя Имерети Баграта (она прибыла в Москву вместе с царем Вахтангом). При Московском Знаменском монастыре также жили грузины (с 1740 г. – архиепископ Иосиф, в 1752 г. – архимандрит Николай Джапаридзе); был прибежищем некоторых грузинских иерархов и Чудов монастырь (Тарсаидзе, 1964. С. 16).

Грузины, жившие в России в ХVIII в., нередко поступали на военную службу. Уже в 1723 г. было дано разрешение принимать грузин на службу в русскую армию и были составлены первые грузинские воинские команды. Так, Георгий Дадиани (сын владетеля Мегрелии Левана IV), воспитывавшийся в доме царя Арчила, служил капитан-поручиком. Борис Туркистанишвили выполнял роль доверенного лица при Петре I во время Персидского похода. Среди грузин были также землемеры, межевщики, военные инженеры, артиллеристы, архитекторы, фабриканты (например, Цицишвили имели фабрику по производству сукна), мелкие канцелярские служащие, служители церкви и т.д. По данным начала XIX в., московские грузины занимались различными видами деятельности. Например, один из членов семьи Кванчихидзе был титулярным советником и состоял смотрителем кирпичных заводов, которые находились в ведении М.Д. Цицишвили, другой служил в Экспедиции конных заводов, третий – надзирателем в Константиновском межевом институте (Тарсаидзе, 1983. С. 5). Представители грузинского высшего духовенства активно участвовали в церковной жизни России.

Грузинские семьи, в том числе из царской династии Багратиони, нередко роднились с представителями княжеских и графских семей Долгоруких, Толстых, Меншиковых, Голицыных и др. Фамилии грузин в новых условиях нередко оформлялись на русский лад: Церетели стали Церетелевыми, Дадиани – Дадиановыми, Бараташвили – Баратовыми или Баратаевыми, Амберсадзе – Амбразанцевыми, Шаликашвили – Шаликовыми или Чаликовыми, Теймуразишвили – Тимирязевыми, Размадзе – Размадзевыми, Зандукели – Сандуновыми, Эгнаташвили – Игнатьевыми, Панчулидзе – Панчулидзевыми

718

и т.д. У московских грузин встречались фамилии: Южикидзе, Брегваздины, Грузинцевы, Картвелины, Сичкаревы, Кацауровы, Лошкаревы, Барношвейлевы, Чефаридзевы, Индейцевы и др.

Одним из видных деятелей грузинской колонии был Д.Г. Багратиони, живший в Грузинах: он занимался литературной деятельностью, в 1819 г. издал на грузинском языке книгу «Мученичество Св. Кетеван царицы, в стихах изложенное». Он был женат на сестре главнокомандующего в Грузии, московского уроженца П.Д. Цицишвили. Дочь его была замужем за Г.И. Авалишвили. Багратиони и Авалишвили содержали устроенную их родственником М.Д. Цицишвили богадельню для престарелых женщин в Грузинах. Г.И. Авалишвили поддерживал связи с родственниками в Грузии и не раз сам ездил туда. В 1847 г. его племянница Нина Грибоедова (урожд. Чавчавадзе) жила у него в Москве (Тарсаидзе, 1964. С. 22).

Представители знатной фамилии Цицишвили (потомки Цици Панаскертели) занимали важные посты при дворе, роднились с царствующими Багратионами. Одним из передовых людей XVIII в. был П.Д. Цицианов (1754–1806) – известный военный и государственный деятель. Он родился

вМоскве, в семье, где большинство мужчин было людьми военными, имевшими прекрасное образование. С 1785 г. П.Д. Цицианов командовал полком, участвовал в русско-турецкой войне 1787–1791 гг. и подавлении Польского восстания 1794 г., особенно выдвинулся при фельдмаршале А.В. Суворове, с 1803 г. – генерал от инфантерии. В 1802 г. был назначен главнокомандующим

вГрузии и в 1806 г. погиб у стен Баку. Под руководством его брата Михаила

в1810 г. в Москве была построена Оружейная палата.

Дед П.Д. Цицианова Павел (Папуна) в Шведскую войну погиб в Финляндии в сражении под Вильманстрандом (1740). Сына Дмитрия Папуна, несмотря на скудные средства, отправил учиться в Шляхетский кадетский корпус. Дмитрий Цицианов в 1767 г. был избран московскими дворянами поверенным депутата для работы в Екатерининской законодательной комиссии. В 1770 г. он работал в Первом департаменте юстиц-коллегии в Москве надворным советником, в 1774 г. – коллежским советником. Д. Цицианов перевел с немецкого языка на грузинский «Арифметику», написал несколько книг: «О межевом искусстве для наставления молодых землемеров», «Завещание статского советника князя Дмитрия Павловича Цицианова детям своим» (1786). Грузинский католикос Антоний I в своем сочинении «Мерное слово» написал о нем:

Ученый же ты русский и грузинский, Человек христолюбивый, высокого ума.

Грузинский язык в семье Цициановых сохранялся в течение нескольких поколений, его знали наравне с русским – видимо, потому что роднились они, в отличие от других семейств, в основном с грузинами (Тарсаидзе, 1983).

Князья Бараташвили прибыли в Россию с Вахтангом VI, в последующие годы их род разделился на две ветви: Баратовых (жили в основном на Украине, в Полтавской и Черниговской губерниях) и Баратаевых. Михаил (Мелхиседек) Петрович Баратаев был генералом, участником войны 1812–1814 гг., одним из основателей Русского императорского археологического общества,

719

издал труд «Нумизматические факты Грузинского царства» (СПб., 1844), хорошо знал грузинский язык. Баратаевы жили также в Симбирской губ., в имении Баратаевка (Тарсаидзе, 1983).

ВГрузинах находился дом известного поэта карамзинского направления П.И. Шаликова (1768–1852), издававшего с 1823 г. «Дамский журнал». Грузинское происхождение имела и семья Сандуновых (Зандукели), с которой связано основание знаменитых Сандуновских бань. Сила Николаевич Сандунов был актером, его брат Николай Николаевич – юристом, профессором Московского университета. Известным в 1820-е годы московским библиофилом и коллекционером-антикваром был А.И. Сулакадзев, отставной офицер Гвардейского Семеновского полка. В его собрании было около 2 тысяч рукописей.

По данным 1805 г., в Москве оставалось немного грузин (155 человек – 76 мужчин и 79 женщин), они практически сливались с местным населением (Тарсаидзе, 1964. С. 15).

ВОтечественной войне 1812 г. участвовало 72 грузина высших и средних воинских чинов, в том числе более десяти генералов: Петр Багратион, его брат Роман (Реваз), Семен Гангеблов, Иван Гурьелов (Гуриели), Павел Лашкарев (Лашкаришвили-Бибилури), Антон Шаликов, три генерала Жеваховы (Джавахишвили) – Иван, Филипп и Спиридон, братья Иван и Семен Панчулидзевы, братья Лев и Владимир Яшвиль (Яшвили) (Тарсаидзе, 1972). По подсчетам исследователей, до 1920-х годов более 300 грузин, состоявших на службе в российской армии, имели генеральское звание (Гогитидзе, 2006).

Значительные поселения грузин образовались в Астрахани, на пути следования грузинских царей в Москву. Там жили грузинские цари Арчил II, Вахтанг VI, Теймураз II. В астраханской церкви Рождества Богородицы служили грузинские священники.

На Северном Кавказе компактные поселения грузин появились в 1720-е

годы: здесь обосновалась часть грузин, сопровождавших Вахтанга VI, а также многочисленные пленники-грузины, освобожденные в результате Персидского похода Петра I 1722–1723 гг. В приграничные русские крепости (Святой Крест и др.) бежали пленные грузины, а также мигранты из Грузии, которым здесь отводили земли. Грузины обосновывались в Кизляре, Моздоке, Дербенте, в селениях и станицах Притеречья. В 1785 г. в Кизляре жили 1,6 тысяч грузин, в Моздоке – около 1 тысячи, в целом в Притеречье – около 3 тысяч. В станицах Терской области Сасоплы (от груз. сопели – селение) и Шелковская (груз. Сарапани) с ХVIII в. жили грузины, зачисленные в казачье сословие. В 1904 г. в ст. Сасоплы насчитывалось 60 дворов грузин. Ст. Шелковская возникла около Шелкового завода, основанного в 70 верстах от Кизляра; в 1792 г. здесь наряду с армянами и русскими жили 135 грузин. Местные грузины говорили на грузинском, армянском, русском, ногайском языках, сохранили песенный фольклор, записанный в 1904 г. грузинским композитором Д.И. Аракишвили. Грузины жили также в станицах Червленой, Старогладковской, в с. Брагуны (Волкова, 1994. С. 143).

Значительная волна грузинской эмиграции в Россию была связана с присоединением Грузии к России в 1801 г.: переселенцы этих лет обосновывались и в Москве, и в Петербурге. Многие представители царской фамилии и

720

часть феодальной знати выехали в Россию, где они получили имения и пенсии. В 1859 г. по постановлению Сената были установлены фамилии и титулы потомкам царской Багратионовской династии: потомки царевича Бакара Вахтанговича стали именоваться князьями Грузинскими, а с 1865 г., по постановлению Государственного Совета, потомки последних царей Восточной Грузии – Ираклия II и Георгия XII – стали называться светлейшими князьями Грузинскими. Соответственно были оформлены фамилии Имеретинский и Мингрельский с присоединением наследственного титула «светлейшие князья» (Дворянские роды…, 1996).

Центр грузинской диаспоры в России в XIХ в. переместился в СанктПетербург, где обосновались наследники грузинских царей (Горгидзе, 1976). В ХIХ в. грузинская колония в Москве (и в еще большей степени – в СанктПетербурге) росла за счет того, что сюда приезжала грузинская молодежь, чтобы получить образование (в том числе и военное) в российских столицах. По окончании обучения не все возвращались обратно, особенно из числа тех, кто хотел посвятить себя научной деятельности, поскольку в Грузии того времени не было вузов и научных учреждений. Таким образом постепенно формировались значительные грузинские колонии, в основном из числа интеллигенции. Многие грузины вели преподавательскую работу (Каландадзе, 1984; Сулаберидзе, 1980; Саитидзе, 2003).

Втечение ХХ в. число грузин, проживающих в Российской Федерации, постепенно увеличивалось, хотя в целом было невелико. По данным переписей, в 1926 г. – более 21 тыс. человек, в 1939 г. – около 44 тыс., в 1959 г. – более 57 тыс., в 1970 г. – около 69 тыс., в 1989 г. – более 130 тыс., в 2002 г. – 197 934, в 2010 г. – 157 803 человека. Значительная доля грузин, живущих в России, имеет высшее и среднее специальное образование; многие являются предпринимателями, известными деятелями культуры, искусства, работают в сферах образования, науки, медицины и т.д.

Большинство грузин в России всегда были городскими жителями; они живут в основном в Москве, Санкт-Петербурге, Ярославле, Сочи, Ростове-на- Дону, Краснодаре, Ставрополе, Владикавказе, Нальчике и др. В конце ХХ в.

всвязи с конфликтами на территории Грузии и тяжелым экономическим положением в Россию мигрировало значительное число грузин. Некоторые впоследствии вернулись в Грузию или уехали в другие страны, но многие обосновались в различных российских регионах, получили российское гражданство и связывают свое будущее с Россией.

Внастоящее время практически во всех городах России, где сложились более или менее крупные общины грузин, созданы национально-культур- ные общества, землячества, объединяющие как потомков давних выходцев из Грузии, так и недавних мигрантов (Кемоклидзе, 2001). Они занимаются организацией различных культурных мероприятий, устройством праздников, курсов грузинского языка, помощью представителям диаспоры и т.п. Как в Москве (где имеются две школы с этнокультурным (грузинским) компонентом образования), так и в других городах создаются школы с преподаванием на грузинском языке (или с изучением грузинского языка), национальные танцевальные и песенные ансамбли, театры. В частности, в Москве большую работу проводят такие общественные организации, как Союз грузин в России и Национально-культурная автономия грузин г. Москвы. Например, в октябре

721

Встреча комитета ветеранов Союза грузин в России с московским комитетом ветеранов Великой Отечественной войны

Москва, 2013 г. Архив СГР

Настоятель храма св. великомученика Георгия Победоносца в Грузинах отец Федор Кречетов и Митрополит Ахалцихский и Тао-Кларджетский Теодоре (Федор) с молодежью Союза грузин в России

Москва, 2013 г. Архив СГР

722